Грегори Кларк
Japan Times 2008-09-04

Translation courtesy of Andrey Fesyun 

Фукуду выгнали из кабинета


Подверженная пи-ар-акциям японская публика и легковесные СМИ снова сделали свое дело. Совместными усилиями они отделались от еще одного из лучших японских премьер-министров. Я не собираюсь останавливаться на политике Ясуо Фукуды; тем не менее, мне кажется, он ошибался по крайней мере, в отношении двух ключевых моментов. Одним из них явилось намерение продавить законопроект, позволяющий японским кораблям продолжить заправку в Индийском океане американских самолетов, направляющихся в Афганистан, чтобы разбомбить очередную свадьбу или еще одну деревню. Впрочем, им, без сомнения, двигало обешание, дававшееся как самим, так и его предшественниками Вашингтону помогать в том, что на бытовом уровне именуется «борьбой с терроризмом».
Он также ошибался и в экономической политике. Однако и здесь премьер стал жертвой еще одного бытующего представления, согласно которому Токио должен урезать затраты для снижения своего финансового дефицита. Подобно многим в японской правящей элите и в среде руководства СМИ, ему еще предстоит понять, что в Японии с ее хронической недостачей потребительского спроса снижение правительственных расходов легко может подтолкнуть экономику к дефляционной спирали, что еще более увеличивает, а не снижает, государственный дефицит.
Кроме того, дефицит – не та проблема, которую они себе представляют. Впрочем, в Японии от премьер-министра не требуется быть интеллектуальным гением. Следует плыть по течению, а в обоих случаях течение создавалось людьми, еще в меньшей степени являвшимися такими гениями, на пример бывшим премьер-министром Дзюнъитиро Коидзуми, считавшим, что американская интервенция в Ираке – прекрасный поступок, а экономическая политика США в плане поставок, представлявшаяся его незрелым помощником Хэйдзо Такэнакой (и принесшая Японии много вреда) – вещь еще более прекрасная.
Чего у Фукуды было не отнять – это честности. СМИ и обозреватели почти единогласно пытаются изобразить его в виде безответственного лица, ушедшего в отставку тогда, когда он счел это нужным. А где они были, когда он оставался в одиночестве, борясь с проблемами
нэдзирэ коккай (букв. «перекрученного парламента»), где большинство в Верхней Палате возглавляется лидером Демократической партии (ДПЯ) Итиро Одзавой?
Это, плюс целый ворох других унаследованных проблем, оказывали на него явно депрессивное влияние: скандалы с расходованием средств из политических фондов, пенсионные скандалы, заявления о нарушениях в сфере здравоохранения и прочие. Однако, как это всегда бывает в Японии, обвинения получает именно тот, кто пытается хоть что-то сделать в отношении подобных проблем и скандалов.
Совершенно очевидно, что Фукуда был сыт по горло своей ролью козла отпущения. Во время своего нахождения на должности генерального секретаря кабинета министров при правительстве Коидзуми, он производил впечатление своей четкостью, умом и решительностью в защите действий правительства (даже тех, с которыми сам был несогласен), однако при всем этом пал жертвой какого-то безотносительного медийного скандала.
Реакций стала быстрая и внезапная отставка. «Вот, получите!» - таково было тогда его отношение. В данном случае мы являемся свидетелями повторения прошедшего. Особую симпатию вызывают его действия в отношении парламенских проблем. Столкнувшись лицом к лицу с Одзавой, человеком, составившим себе твердую репутацию неразборчивыми в средствах тактиками, имевшими единственной целью получение большей власти, он был поставлен в невыносимое положение.
Как Одзава, так и большинство окружающих его политиков в ДПЯ являются гораздо большими «ястребами» и про-американски настроенными, нежели либеральный Фукуда. Их притворное сопротивление операции по заправке в Индийском океане было ханжеским. Однако, в результате Фукуде пришлось пройти через болезненный процесс проведения закона, направления его в Верхнюю Палату, где его должны были отвергнуть, оттуда перевести его вновь в Нижнюю Палату, где для его принятия понадобилось две трети голосов; незначительной большинство, существованию которого сейчас угрожают его союзники по правящей коалиции из партии «Новая Комэйто», которым до си пор приходилось изменять своим антивоенным принципам, поддерживая премьера по данному вопросу.
Тактика непробиваемой стены, принятая Одзавой, явно должна была сохраняться и по всем прочим моментам, безотносительно тому, насколько это реально требовалось для законотворчества. Я подозреваю, что верхом этого явились мучительные внутрипартийные дебаты по экономической политике.
Многие в правящей Л
иберально-демократической партии (ЛДП), следуя кто сиюминутным тенденциям, а кто – принципам, добивались увеличения правительственных затрат, необходимых для победы на выборах и способствования экономического выздоровления. Недавнее обещание правительства стимулировать экономику в грядущих поправках к бюджету показывает, что они добились своего. Однако, для Фукуды это было бы неудачным отступлением, еще более неприятным из-за очередных угроз Комэйто взбунтоваться, если поправки не примут. Без поддержки Комэйто, становящейся теперь все более сомнительной, победа ЛДП на выборах в Нижнюю Палату парламента, которые должны пройти в течение года, станет невозможной.
И опять, проблему выборов утрированно преподносят СМИ, публиковавшие сообщения о низком уровне популярности премьера. Со своей вежливостью и сухостью, Фукуда представлял для них неблагодарный материал, и они так и говорили. И вот, когда они спрашивали впечатлительную японскую публику о ее мнении и получали желаемый ответ, они вновь использовали его для клеветы, надеясь довести дело до отставки, которая даст им пищу для очередного новостийного торжества.
Подобная тактика среди них крайне популярна. Хороший пример такого рода дает нам бывший премьер-министр Йосиро Мори (2000-2001). С самого начала он ясно дал понять, что не будет играть со СМИ ни в какие игры. Тогда медиа принялась изображать его неким бубнящим тупицей, и рейтинг премьера быстро снизился. Вскоре его сменил Коидзуми, живший с прессой душа в душу.
В действительности, Мори был еще одним из лучших японских премьер-министров. Подобно отношению Фукуды к Китаю, у него были свои достижения во внешней политике, в особенности в отношениях с Россией и Северной Кореей. Во внутренней экономической политике он также все делал правильно.
Я мог близко его наблюдать, являясь членом японского Национального комитета по образовательной реформе и был весьма впечатлен остротой его ума и конкретностью, - качествами, ныне принесшими ему статус государственного деятеля-патриарха. Однако не нужно ожидать, что страдающие головокружениями японские СМИ, саморефлектируют и делают выводы. Нет, они живут сегодняшним моментом.
В конце своей пресс-конференции, на которой Фукуда объявил об отставке, он обратился к собравшимся журналистам и сказал с ударением: «Я смотрю на себя совершенно объективно. Вам этого не дано». Хорошо сказано.